urgor (urgor) wrote,
urgor
urgor

Божественная путаница

Очень здравый текст, рекомендую. Во многом созвучно с моими мыслями и воззрениями.

Оригинал взят у haritonoff в Божественная путаница


Как уже было говорено, "Повесть временных лет" (в общераспространенном переводе) сообщает, что в 980 году "стал Владимир княжить в Киеве один и поставил кумиры на холме за теремным двором: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, затем Хорса, Дажьбога, Стрибога, Симаргла и Мокошь". Итого вроде шесть идолов. Но все не так просто. На самом деле запятые и дефисы в тогдашней грамматике отсутствовали, зато встречаются варианты летописи, в которых переписчик не ставит пробела между Хорсом и Дажьбогом. А вот в Ипатьевской летописи, в записи, датируемой 1114 г., говорится о "цесаре-солнце, сыне Сварогове, еже есть Дажьбог". Хорс, как известно, тоже олицетворяет собой Солнце. Плюс еще, кажется, со школьной программы мы помним какого-то Ярилу, который тоже вроде как Солнце.

Ситуация несколько проясняется, если учесть, что, по всей видимости, словообразование "Дажьбог" (или "Даждьбог", как его называют в "Слове о полку Игореве") не является в полном значении теонимом. Это скорее эпитет – "дающий бог", ниспосылающий блага. Таким образом, кумиров за теремным двором, скорее всего, было пять: "…деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, затем Хорса-Дажьбога, Стрибога, Симаргла и Мокошь." Собственное имя бога-солнца Хор[о]с восходит к тому же корню, что и слово "хорошо" (то есть "благо").

Ничего удивительного или особо запутанного в подобной множественности имен богов нет – например, Иисуса Христа тоже часто обозначают прозвищами: Спаситель, Господь, Вседержитель и т. п. Плюс к этому нужно учесть, что наиболее знаменитые изваяния-идолы со своими, присущими только им особенностями, могли иметь собственные имена (пример из современности: Троеручица – не очередное "прозвище" Богородицы, а "имя" конкретной иконы).

Подобная ситуация и с Ярилой – это не имя, а скорее обозначение свойства (сравните со словами "кутила", "мудила", "заводила" и т. п.): тот, кто ярит (или ярится). Причем этот эпитет больше подходит не божеству "солнечного диска" – Хор[о]су, а "ярому" богу солнечного света – Купале. Тем более, что упоминание Ярилы связано обычно именно с купальскими обрядами. В том же, что Солнце как светило олицетворял один бог, а солнечный свет (как явление, жизненную силу) – другой, тоже ничего удивительного и нового, если вспомнить греческих Аполлона и Гелиоса или египетских Гора и Ра.

По правую руку от Дажьбога стоял Стрибог. Само "Стри-" имеет общее происхождение со словами "старый, старик". Стри-бог – Старый бог, Бог-Отец. Его "ближайшие родственники" и по сути, и по звучанию – этрусский Сатре и римский Сатурн (существует еще предположение, что греческое слово "сатиры" – дети Кроноса, греческого аналога Сатурна, олицетворения сил природы, старые божества – восходит к тому же древнему корню). И так же, как Кронос и Сатурн, он (в значительной мере волей "военной администрации") был оттеснен с роли верховного бога богом воинов – на центральном месте в Киеве стоял Перун.

Стрибог, судя по всему, не был антропоморфен. Он олицетворял еще не очеловеченную природу, стихию - в основном, небесную. И потому его внуки ("стрибожьи внуци" в "Слове о полку Игореве") – это ветры. Стрибог отдален от человека. Он равнодушен к нему и ко всему человеческому в отличие от антропоморфных богов-героев, порожденных героями-людьми – его породило небо, он сам и есть небо. Он, в отличие от Дажьбога, может не только подать блага, но и хорошенько врезать сверху, причем, и без причины, по хотению. Конечно, заручиться его поддержкой следует. Но он слеп, как слепа стихия.

На поверхности параллель: если Дажьбог – имя-эпитет, то и Стрибог – прозвище, обозначение. Чьё – можно определить, если обратить внимание, что в киевский пантеон не вошел такое широкоизвестный бог стихий и неба, как Сварог. Потому и не вошел, что в Пантеоне уже стоит Стрибог – вернее, как раз вошел под его именем.

Сварог известен и у западных славян под таким же именем. Санскрит сохранил слово, которое, видимо, было утрачено на прародине и не оставило заметных следов в славянских языках: "сварга" означает "небо", "небесный". Сварог, как и Стрибог, - отец Дажьбога. Он олицетворение небесных стихий, самого неба. Его сын Сварожич - огонь и при этом Солнце, то есть как раз одновременно Хорс и Дажьбог. Сварожич, разумеется, тоже эпитет или, выражаясь более точно, отчество.

Впрочем, скорее всего, среднестатистический "древний славянин" (и уж тем более брезгливо поплевывающий на "поганых языцев" христианин-летописец) во все эти тонкости не вдавался и воспринимал разных идолов разными богами – ведь и для сегодняшнего обывателя Матка Боска Ченстоховска – это совсем не то же самое, что Казанская Божья Матерь.

Нельзя в свете вышесказанного не упомянуть еще двух богов с похожими именами – любимую городскими неоязычниками сладкую парочку, пахнущую манихейством – Белбога и Чернобога. Начнем с последнего.

Чернобог, который периодически мерещится в темных углах пермским диггерам, упоминается, например, Гельмгольдом в "Славянской хронике" (XII в.): "Удивительное суеверие славян, ибо они на своих празднествах и пирах обносят круговую чашу, возглашая над нею слова - не скажу благословения, но проклятия, во имя богов доброго и злого, так как ожидают от доброго бога счастливой доли, а от злого - несчастливой; поэтому злого бога даже называют на своём языке дьяволом или Чернобогом".

Есть упоминание Чернобога в "Истории Каменской епархии" (XVII век): "Отсюда злого бога Дьяволом и Чернобогом, то есть Чёрным богом, называли. Фигуру этого идола, высеченную в камне, можно поныне видеть на Руяне, на полуострове Виттов, в народе именуемую как Виттольд, как бы „Древний Вит“. С большой головой, густой бородой он скорее выглядит чудовищем, чем вымышленным богом".

И еще Пётр Альбин в "Миснейской хронике" (XVI в.): "Славяне для того почитали Чернобога, как злое божество, что они воображали, будто всякое зло находится в его власти, и потому просили его о помиловании, они примиряли его, дабы в сей или загробной жизни не причинил он им вреда".

Как видим по датировкам, все описания сделаны христианами и в отношении уже христианизированных народов. Налицо проблема восприятия язычества через мозговую клизму призму христианства: во-первых, грозный языческий бог никем, кроме Дьявола, быть не может, ну а во-вторых, раз есть злой Дьявол, то уж конечно, ему должен противостоять добрый Бог. Дуальностью мировоззрения, дихотомией окружающего мира на черное и белое были к описываемому времени поражены как описывающие, так и описываемые. Что касается "Древнего Вита" на Руяне, то это, видимо, статуя Све[н]товита, который до христианизации богом зла быть никак не мог. Но главное из этих хроник вычленяется: некий Черный бог в мифологии действительно существовал и был весьма уважаем – его продолжали почитать, смешав представление о нем с представлением о дьяволе, и во времена христианства.

Действительно, известно, что в Чернигове стоял храм Чернобога, сделанный из черного камня и был он очень популярен. В нем и стояло человекоподобное изваяние Чернобога, окрашенное опять же в черный цвет и с посеребренными усами – это черное-черное описание, наряду со структурой теонима, дает основания полагать, что Чернобог, вполне возможно, не собственное имя божества, а имя его почитаемой "готичной" местной ипостаси. В древнеисландской "Книтлингасаге" тоже упоминался бог Черноголов, имевший идола с серебряными усами – как видим, не Чернобог, "бог черноты, зла", а всего лишь Черноголов, "с черной головой", описание внешних признаков.

Из настоящих, древних упоминаний Чернобога можно выделить следующие его атрибуты: Чернобог – хтонический, “темный” персонаж, он связан со смертью и миром мертвых, обычно – повелитель загробного, нижнего мира. Чернобога символизируют животные – ворон, змей (выходящий из/из-за воды); в хронике Аль-Масуди (кстати, это из нее слизано одни к одному, без ума и фантазии, описание "капища Чернобога", якобы найденного какими-то любителями в подземельях под Кафедральным собором в Перми) еще муравьи – тоже "хтонические" насекомые. Иногда Чернобог частично или полностью слеп в мире живых. Еще он связан с зарождением новой жизни и судьбой, со старостью и последующим возрождением, и задействован при создании мира, либо портит только что созданный мир.

Ну и наконец, в мифологии балтов черного бога именуют Виелоной, Велнсом или Велсом, что (в христианские, разумеется, времена) являлось синонимом слова "черт". Он неизменный противник Громовержца и опять же обладатель мира мертвых. Думаю, комментариев не требуется: Чернобог, позднее ставший синонимом зла и Сатаны – ипостась нашего старого знакомого.

Для христиан Чернобог-Велес стал настолько подходящим прототипом Сатаны, что христианские художники в своих средневековых гравюрах при попытке изобразить Сатану ссылались на славянские изображения Велеса (точно так же, как ранее – на изображения Вакха и сатиров, отсюда рогатость и козлоногость черта). Современные же, воспитанные в дуальном христианском мировоззрении "родноверы" органично восприняли всю эту ересь.

Что касается Белбога, то исследователи настоящей* славянской мифологии не уверены, существовал ли вообще в славянской мифологии Белбог. Это имя нигде в старых летописях, в том числе (обратите внимание!) и у Гельмгольда с Альбином, описавших Черного бога, не упоминается. Ну а с точки зрения христиан, раз есть Чернобог – зло и дьявол, то обязан быть добрый Бог, по простейшей логике – белый. Тем более что такой единый антагонист дьявола ко временам Гельмголца уже существовал в лице Христа, соединившего в себе (в народном сознании) черты многих предшествующих языческих божеств.

Лингвистический анализ выявляет неправильность таких форм в старославянском, как Белбог, Белбожице и т. п., вместо правильных Белобог, Белобожице; это тоже говорят в пользу предположения, что это слово — а следовательно, и понятие — появилось на славянской почве относительно поздно, как простой антоним имени Чернобога, и только тогда, когда Чернобог стал отождествляться с Сатаной, а духовный мир стал черно-белым.

В качестве иллюстраций использованы репродукции картин Владимира Сёмочкина
__________________________________
*Подделки XX века вроде "Велесовой книги", а также творчество Марии Семеновой древнеславянской языческой мифологией по понятным причинам не являются.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments